Я все не скажу тебе никак.
Ночь уже давным давно прошла, а я все никак не возьмусь сказать.
Но сегодня вот говорю -

Здравствуй.
Я была рада тебя увидеть.
Ты почти что не изменилась.

Разбей свое небо фарфоровыми осколками,
высыпь их семенами в тучную пашню.
Твой веселый трамвай все бежит от Тарусской к Сокольникам,
а мои постовые все смотрят с высокой башни.

Если я и поила тебя - очевидно, не до пьяна;
если ты посвящал мне стихи - почему же о смерти?
Все печали прошли, как и радость; и не моя вина,
что слова все так и лежат в нераскрытом конверте.

Поливай свое сердце и никогда не смотри назад;
Из моих окон нынче видится море и пышное облако.
Я отсюда увижу еще, как взойдет закат,
Когда ты разбитое небо высыпешь под ноги.

Слушайте...

А напишите мне, пожалуйста, письмо, а?
я не прошу бумажных, я давно их не пишу и не получаю.
Просто электронное письмо на адрес из профиля - а? мне будет приятно.
Почему-то просто вот очень хочется, чтобы кто-нибудь написал мне письмо...

:)

Ну что я вам скажу. Доверять своему врачу - это очень важно. Очень.
Потому что если ты не готов доверять человеку, который, по идее, знает больше тебя, и лезет к тебе с иглами длиной от двух до пяти сантиметров и Бог еще знает какими металлическими твердыми приспособлениями - то лучше даже не говорить при нем "А!", чтобы вдруг не открыть рот.

Я вот лично вчера очень стеснялась сказать ему "А!". Нет, дело даже не в том, что я стеснялась показаться непривлекательной. Врачи-стоматологи и их взаимоотношения с женщинами-пациентками - это уже притча во языцех; куда еще может без зазрения совести прийти практически здоровый во всех отношениях человек, чтобы потом совершенно законно смотреть в его выразительные глаза с интимно-близкого расстрояния в течении часа. Сидя в кресле загадочной бледностью нежного лица и тонким следом кровавой слюны, например.

Я лично сразу вчера поняла, что мне не стать мастером зажигательных речей, просто потому, что я не умею качественно открывать рот. Не настолько, чтобы можно было спокойно рассмотреть верхний зуб мудрости в трехмерной проекции без его извлечения изо рта. Я вывихнула себе челюсть и теперь мне больно кусать яблоки.
Дело в том, что в моменты концентрации внимания я понимаю слова буквально. И если мне сказали - "Будет больно - пищи!", то я считаю, что мычать в такой момент уже неэтично. А пищать, когда у тебя во рту две руки посторонних людей (пусть даже уже и ставших почти родными...) оказалось сложно с точки зрения анатомического строения органов речи.
Я размышляла о том, как подать сигнал, что анестетик не действует, около пяти минут.
За это время мне удалось силой мысли постичь внутренний мир костей и корней зубов. С этой точки зрения зуб монолитно слит с костью в единое неделимое целое, а манипуляции стоматологов проникают в самое сердце этой веселенной.

И единственное, что позволило мне совершенно отрешенно отнестись к колюще-тянущим ощущениям в мироздании моих зубов, - это приятный запах духов моего стоматолога.
Теперь у меня скверное настроение и не отошедший еще до сих пор наркоз (двенадцать часов держит, зараза). Но на Османа я не обижаюсь; человек, выбирающий такой парфюм, просто не мог что-то сделать не правильно.
Поэтому я говорю - всегда тщательно выбирайте врача. Доверять своему врачу - это очень, очень важно.

Я читаю свой дневник, в котором давно не бывала, записи своих друзей, тех, кого я чувствую своими друзьями в самом сердце, для кого готова что-либо делать, и из-за кого я готова что-то чувствовать, и постепенно, в который раз уже, накрывает осознание -

какие же вы клевые, друзья мои, какие же все разные, неповторимые, прекрасные, хрупкие, глубокие, сильные. Какие же вы настоящие и живые.

Я просто счастлива, что однажды вас мне послало небо.
Я просто в восхищении, что я ухватилась за эти нитки и вплела в свою жизнь, кого-то крепче, кого-то явнее, кого-то в самую глубь.
Спасибо вам.
Спасибо Тебе.

Почему же только, даже живя в одном городе, мы так редко видимся...

http://sviridenkov.livejournal.com/15436.html

вот только интересно, выйдет ли из этого что-либо? Если да, ... пожалуй, я отнесусь к нашей стране немного лучше, чем прежде. С надеждой, что ли... Я вообще оптимист.

звонким золотом
ляжет под ноги;
то ли листья в дождь,
то ли солнечный свет в проводах.

не раскрыв зонта
не подав руки
ты ко мне идешь,
находя свою душу в годах.

Это правда; все
до последних нот,
ты сойдешь на нет,
если вдруг найдешь - не меня.

пусть тебя несет
мимо бед и гор
подсмотри ответ
на последней странице дня.

просто все не вовремя, все не в такт,
почему-то все не на тех местах,
не смотри, что бутылка моя пуста,
я не так кажусь, как бываю проста,
я умею напиться с пустой - вот так!
отойди, пока я считаю до ста.

Это ночь моя притаилась в кустах.

Это ночь пугает меня в висок,
на ладонях томатный соленый сок,
чьи-то дамы, одетые в белый виссон
чинно следуют, всхлипывают в унисон,
все похоже на длинный, дурацкий сон;
направление осенью сменит муссон,
говорят, что тогда жизнь пойдет в разгон...

я подозреваю, что это гон.

отойди, пока я считаю - вразнос.
недаль ходит за мной, как бродячий пес
по пятам, даже чувствую мокрый нос...
ни к чему тебе комариный лес,
ты пошел за мной - думал, в край чудес,
только ты не вовремя сел и слез;
месяц был и сплыл, скоро выйдет весь.

мне врачи говорят - лучше больше смейся.
говорят, это лучше, чем пить нашу взвесь.
все равно диагноз один. хоть убейся.

береги себя. ты мне нужен здесь.

мне сегодня очень, весьма, нежданно и очень пронзительно хорошо. Может быть - август, может быть - солнечные блики за окном; может быть то, что сегодня с утра он не сварил мне кофе - и это не обычно; потому что обычно - варит. Странно осознать хорошее в том, что сегодня его нет - и это скорее исключение... :)
Не знаю, почему еще.
Надежда.
Тишина в душе.
День рождения матери завтра.
Много всего.
я не ждала этого ощущения. Не то чтоб забыла, не то, чтоб скучала. Просто это прекрасно, что оно есть и еще появляется в душе, вот так вот, как цветок сквозь асфальт, как солнечный свет через бегущие облака, как нежданный и близкий друг на чашку чая - без приглашения.
Не ждала, не звала; любила. Просто - еще живая. :)

У нас в деревне был сарай. Большой, просторный деревянный сарай с крышей из шифера. Вообще-то, сараев было несколько - но сейчас вспоминаю именно этот.
В сарае под потолком было маленькое мутноватое оконце. В сарае пахло паутиной, сеном и пылью. Серой, сухой - от старой древесины стен и пола; желтой древесной стружкой - от напиленных неподалеку поленьев; серо-коричневой пылью - от нагретой летней земли.
Солнечный свет попадал в окно только на закате, желтый, теплый, и в лучах его плясали все те же пылинки.
Это было чудесное место: в нем раньше держали кроликов, и я помню больших пушистых зверьков с чумазыми лапами, которых мы сажали в верхние клетки, так, чтобы и дотянуться, и не упустить, и не поцарапаться...

Потом кроликов оттуда забрали, клетки почистили, а в опустевшем сарае прочно обосновались мы: в клетках устраивали себе настоящие квартирки с занавесками из старых цветных тряпок, ставили ромашки и колочкольчики в баночках, стелили на пол тужурки.

Верхние этажи считались престижными квартирами, нижние - обычными. Потому что в верхних было интереснее. Туда труднее было залезть, зато потом можно в щели видеть и соседние клетки, и дверь, а сквозь щелку в этой двери - уличную зелень; в нижних клетках виден был просто серый досчатый пол.
Потом мы выросли и уже не умещались в кроличьи клетки, и там стали жить наши Барби.
Каких только замков и пентхаусов не строилось для них из этих загончиков...

Иногда нам хотелось устроить праздник, и тогда мы мыли полы и чистили маленькое оконце под потолком , на доски стелили старые покрывала, желтое с бордовой росписью (самое нарядное) и зеленое с серебром (самое большое). Ставили картинки, низкие табуретки, зеркальца; садились пить чай.
В дождь играть можно было только там - дома казалось неинтересно, во дворе - мокро; в сарае же капли восхитительно стучали по крышам, лужа возле входа наполнялась водой, а мы были в полной, полнейшей, нерушимой безопасности ото всего на свете...
Иногда в сарай залетали бабочки. Мы ловили их на этом окне под потолком, рассматривали и выпускали на волю.

Я не знала тогда, что есть столько сложных-сложных вещей. Не знала и того, что есть столько разных-разных оттенков хорошего. Что есть это "восхитительно", "волшебно", "сказочно", "замечательно".
Все хорошее мира просто сливалось в один большой поток, и было, как сейчас кажется, очень-очень спокойно. Если сестры брали меня играть - было вообще хорошо, если вдруг почему-то мы ссорились - было не очень, но все же - временно.

Я иду по станции метро Красносельская. 08:00:51, я опаздываю на работу. Это не страшно, это бывает... Я думаю про сарай с клетками для больших и пушистых кроликов.

Я не знаю, что это значит - найти себя в другом человеке, или через свою любовь к нему. Хотя мне говорили про такое, я слышала.
Я знаю, что такое - пришел человек, и позволил тебе просто быть собой.